Кретов Николай Федорович

	Николай Федорович Кретов воспитывался в семье каменщика в атмосфере доброты, правды, отзывчивости, где помимо него было еще два брата - Дмитрий и Александр, и сестра Елена.
	В 1932 году, будучи 23-летним юношей он поступил в Московский институт механизации и электрификации сельского хозяйства. Лет кажется немного, но до поступления в институт, воспитанник детского дома Николай Кретов уже 4 года проработал кузнецом на Днепропетровском металлургическом заводе, где был секретарем комсомольского комитета. Работал творчески, с упоением. Как передовик производства неоднократно получал благодарности и премии.
	На заводе Николай вступил и в ряды КПСС. В 1930 году в числе 25-тысячников Кретов был направлен в Казахстан, где стал сначала председателем колхоза, а позднее занял должность директора МТС. Имея большое желание и необходимость углубить свои технические знания, тогда-то и решился Николай Федорович поступить в институт. Красивый, наделенный необычайной физической силой и здоровьем, прямолинейный, принципиальный, веселый по характеру он вскоре стал душою студенческой группы.
	При прохождении производственной практики на Челябинском тракторном заводе, студент Кретов со своими любознательными сокурсниками работали ежедневно по 8 часов  в дефектном отделении завода, перевыполняя все нормы и получая большие практические знания по устранению дефектов двигателей сельскохозяйственных машин.
	Институт Кретов окончил с отличием, после чего был направлен на работу в Московский областной земельный отдел в качестве главного инженера. Приезжая в МТС он особое внимание уделял уходу за сельскохозяйственными машинами и правильной эксплуатацией тракторного парка. В этот период Николай Федорович совместно со своей женой Н.П.Кретовой работал над созданием учебника по трактору "СТЗ" и "ХТЗ".

Описание подвига

	Война оторвала Николая Федоровича от мирного труда. В июле 1941 года в составе отряда добровольцев он ушел на фронт и, вскоре был назначен командиром танка Т-34. 19 ноября 1941 года при атаке немецких танков под Москвой Кретов на своей боевой машине находясь в засаде, сумел уничтожить 6 танков и 150 вражеских солдат, тем самым отразил атаку противника и обеспечил выполнение боевой задачи батальона.
	Только за 12 ноябрьских дней экипаж лейтенанта Кретова уничтожил 14 средних и тяжелых танков, 9 минометов, 218 тяжелых орудий, 800 солдат и офицеров противника.
	Враг рвался к Москве. Из маленького письма, полученного от жены из столицы, Кретов знал, с какой надеждой следили москвичи за действиями частей, оборонявших подступы к Москве, с какой энергией трудились дни и ночи, чтобы помочь фронту.
	Ранним ноябрьским утром его танковая часть подошла к большому подмосковному селу Ф., которое часто упоминалось в донесениях немецких генералов. Немцы рассчитывали захватить эту населенную местность, чтобы сделать его одним из опорных пунктов прыжка на Москву. 
	Танкистам было приказано отстоять Ф. во что бы то ни стало. В 8 часов утра Кретов на своем танке вышел в разведку. Едва его машина, набирая скорость, выбежала на открытую дорогу, начался минометный обстрел. Первые осколки загрохотали по броне. За этим огненным заслоном, видимо, и находилась немецкая  минометная батарея. Кретов решил пока не открывать огня, желая перехитрить противника. Внезапно немцы прекратили огонь. Было ясно видно, что фашистские минометчики меняли позиции. Они установили минометы за другим стогом сена, что находился в 150 м от горящего. 
	Кретов прильнул к пушке и два раза выстрелил по гигантскому костру. Башенный стрелок Кандуров с недоумением взглянул на своего командира: зачем бить по пустому месту? - Ничего Кандуров, - сказал командир, поймав его взгляд, - пускай думают, что мы дураки…
	Танк попятился назад. Казалось, короткий поединок закончился. И вдруг произошло то, что фашисты никак не ожидали. Танк Кретова резко развернулся и полетел навстречу немцам. Николай Федорович находился у пушки, Кандуров - у пулемета, и били прямой наводкой. Две фашистские батареи вместе с их расчетами были уничтожены целиком. Разведка оказалась весьма успешной. 
	Чуть позднее боевая машина Кретова заняла указанную ему огневую позицию между двумя сараями на окраине Ф. Кроме этого, в засаде находились еще два наших танка. Когда на опушке леса показался немецкий танк, Кретов решил не спешить: нужно пересчитать боевую технику врага. Двадцать пять машин медленно ползли по лесу. Кретов выждал еще. Двадцать шестого не оказалось. Тогда Николай Федорович выстрелил по последнему танку, подбил его, и таким образом загородил фашистской колонне путь отхода. Теперь все наши четыре танка одновременно били по немецким машинам. Те отвечали ожесточенным огнем. Густой дым наполнил железную коробку танка Кретова. Тупые удары сотрясали броню. На стенках, как от ударов молота, вспыхивали багровые пятна. Кретов командовал "вперед!" и танк продвигался на 15-20 метров. С новой позиции командир открывал убийственный огонь и снова уводил свою израненную машину из-под ударов врага. Он вел бой до последнего снаряда. А когда снаряды кончились, вылез из танка, пробрался под огнем к командному пункту, организовал доставку боеприпасов и потом вновь вернулся к своему танку. Вечером немцы отступили.
	В этот день командир танка коммунист Николай Федорович Кретов и его комсомольский экипаж: башенный стрелок Кондауров, механик-водитель Мороз и радист Трубников - лишили бронетанковые дивизии Гитлера еще шести танков.
	Николай Федорович Кретов еще не раз показывал свою проницательность и умение правильно строить военную тактику по отношению к противнику.
	Однажды во время затишья между боями на территорию расположения штаба противника въехал танк. Из него вышли два бойца и прицепили к своему танку штабной автомобиль, в котором размещалась канцелярия, и находились два немецких офицера. Танк развернулся перед самым носом растерявшихся немцев и помчался вперед. Командовал танком Николай Кретов.
	В мае 1942 года экипаж Николая Кретова выступил в газете "Социалистическое земледелие" с призывом к труженикам сельского хозяйства сделать все возможное и необходимое для хорошего сбора урожая, своим трудом помочь фронту и тылу. В этом обращении было рассказано и о некоторых эпизодах грозных боев за отчизну, Москву славного экипажа под руководством Н.Кретова:
	"Как-то наша машина укрылась в лесу в засаде. 18 фашистских танков двигались неудержимой лавине по дороге, собираясь нанести удар нашим частям с фланга. Не дрогнул, не растерялся наш боевой экипаж. Правда обстановка складывалась не в нашу пользу: один наш танк против 18 фашистских! Но как учил великий русский полководец Суворов "воюют не числом, а уменьем". И мы решили принять бой. Когда головная  немецкая машина достигла поворота, командир нашего танка тщательно прицелился и нажал на спуск. Выстрел был точным, фашистская машина запылала. Гитлеровцы повернули вспять. Мы им вдогонку посылали снаряд за снарядом. С третьего вражеского танка снесло башню. Остальные машины удрали. Мы вышли победителями.
	Однажды мы попали, казалось, в безвыходное положение. Нашу машину окружили танки противника. Но разве можно считать положение безвыходным, когда в груди каждого из нас бьется горячее сердце патриота? И мы сражались до последнего снаряда. Туго пришлось нам тогда. Шесть вражеских снарядов угодили в мотор танка, три - в башню. Танк загорелся, но мы продолжали драться, стремясь выиграть время. И выиграли. На помощь нам пришел танкист Гашуненков. Под прикрытием его машины мы вышли из боя"…
	27 марта 1942 года Президиум Верховного Совета СССР присвоил Николаю Федоровичу Кретову звание Героя Советского Союза.
	Долгое время везло Н.Ф.Кретову при выполнении сложных и опасных боевых заданий. Порой даже из сложнейший, казалось бы безвыходных ситуаций он выходил живым и невредимым. Но 22 августа 1942 года в сражении под Ковельском Брянского направления Н.Ф.Кретов получил 11 серьезных ранений и в тяжелом состоянии был доставлен в Долгопрудненский военный госпиталь. В течение двух недель врачи боролись за жизнь прославленного танкиста. Но раны оказались смертельными. Здесь же, в Долгопрудном, и похоронили легендарного командира.

	Школа N7 носит имя Кретова.