Часть 4: ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА
Содержание

•	1941 год. На Лобненском рубеже
•	Выписка из акта об объеме разрушений и убытков и фактах насилия

1941 ГОД. НА ЛОБНЕНСКОМ РУБЕЖЕ

Лобня - тот огромный камень, где Гитлер споткнулся под Москвой!
Д. Акулов

	22 июня 1941 года гитлеровская Германия напала на нашу страну. Советское правительство приняло ряд важнейших документов, направленных на организацию отпора врагу, на организацию борьбы в тылу германских войск. На захваченных немцами территориях распространялись листовки, в которых сообщалось о положении на фронте, население призывалось к борьбе с немецкими оккупантами.
	На ближних подступах к Москве была создана система оборонительных инженерных сооружений, включая полосу обеспечения и два оборонительных рубежа. Главный оборонительный рубеж - подмосковный, проходил по линии Хлебниково - Сходня - Звенигород - Кубинка - Наро-Фоминск - Подольск - река Пахра. Городской оборонительный рубеж проходил по окраинам Москвы.
	На территории, входящей теперь в наш город, главный рубеж обороны шел вдоль железнодорожной магистрали, в 200- 500 м западнее ее, и включал в себя противотанковый ров глубиной 4 м, шириной по верху 6 и по низу 4 м, проволочный забор в 2-3 ряда из колючей проволоки, противотанковые и противопехотные минные поля и участки, окопы, долговременные огневые точки с железобетонными колпаками, позиции для минометов и артиллерии. Участок этого рубежа показан в городском музее на макете. Работы на рубеже обороны велись инженерными войсками с привлечением местного населения. Поселки Красная Поляна, Луговая, Лобня вошли в историю Великой Отечественной войны. Руководство Краснополянского района организовало население на перестройку всей работы применительно к условиям военного времени.
	10 июля был сформирован истребительный батальон. Командиром назначили Л.И. Бойцова, директора совхоза «Озерецкий», комиссаром - A.M. Абрамова, заместителя секретаря парткома Долгопрудненского машиностроительного завода. Бойцы проводили теоретические занятия, выезжали на выполнение заданий по вылавливанию диверсантов, дежурили на крышах зданий с целью тушения зажигалок. После изгнания фашистов батальон в полном составе влился в 155-ю стрелковую дивизию и сражался на фронте.
В августе сорок первого женщины, старики и подростки сооружали противотанковый ров вдоль канала имени Москвы в районе Хлебникова.
	Были сформированы два партизанских отряда для действий на территории района, если он подвергнется оккупации. Командиром первого партизанского отряда был назначен А.В. Кондаков, командиром второго - Алексей Федорович Косицын. Личный состав отрядов поклялся истреблять всех до единого оккупантов, пробравшихся на нашу территорию.
	В конце ноября, в момент наивысшего для обеих сторон напряжения битвы под Москвой, Советское Верховное Главнокомандование подтягивало на центральное стратегическое направление новые силы - три общевойсковые армии. Они должны были решить исход битвы за столицу. В район Дмитрова прибыла Первая ударная армия К Рязани выдвинулась 10-я резервная армия. В район Лобни, Сходни, Химок прибывали войска для вновь формирующейся 20-й армии. На Лобненском участке фронта 20-й армией командовал ее начальник штаба полковник Л.М. Сандалов, поскольку командующий А.А. Власов был болен.
	Столицу нашей Родины город Москву защищала вся страна. Только на одном небольшом Лобненском участке фронта сражались воины из многих областей и даже республик.
	2-я Московская стрелковая дивизия (командир - генерал-майор Смирнов В.А.) была сформирована в октябре 1941 года из москвичей и жителей Подмосковья. За большую партийно-комсомольскую прослойку воины называли ее коммунистической. Несколько ее частей были участниками военного парада на Красной площади 7 ноября.
	331-я Брянская пролетарская стрелковая дивизия (командир - генерал-майор Король СВ.) была сформирована на территории Тамбовской области из жителей Брянской и Орловской областей. Наименование Брянской пролетарской соединению было присвоено по ходатайству партийных и советских органов Брянской области в период ее формирования в октябре 1941 года.
	28-я отдельная стрелковая бригада (командир - полковник Гриценко А.П.) формировалась на территории Горьковской области, укомплектована курсантами Ленинградского военно-инженерного, Ярославского пехотного, Рязанского артиллерийского училищ. Бывшие курсанты училищ любовно называли свою бригаду курсантской. И были они из разных уголков нашей страны.
	35-я отдельная стрелковая бригада (командир - полковник Будыхин П.К.) была сформирована также осенью 1941 года. Личный состав был из Ташкентского пехотного училища имени В.И. Ленина и Алма-Атинского пулеметного училища. Воины также любовно называли себя ленинцами.
	64-я отдельная морская стрелковая бригада (командир - полковник Чистяков И.М.) формировалась в городе Нижние Серьги Свердловской области из моряков и морских пехотинцев Тихоокеанского флота, курсантов военно-морских училищ, сибиряков. Сибиряками называли себя воины этой бригады. Первым командиром бригады был капитан второго ранга Скорохватов Б.И. Он, как и другие офицеры-моряки, был заменен общевойсковыми офицерами.
	Многонациональными были и специальные войска: 7-й и 15-й отдельные гвардейские минометные дивизионы (командиры - капитан Линенко М.З. и капитан Прокопов И.Г.), 13-я зенитно-артиллерийская батарея (командир - старший лейтенант Ковалев Ф.И.), 31-я и 24-я отдельные танковые бригады (командиры - полковник Кравченко А.Г. и полковник Катуков М.Е.).
	Полковник П.И. Курсов, бывший в то время начальником оперативного отделения штаба 2-й Московской стрелковой дивизии, рассказывал, что их только что сформированная дивизия выдвинулась на южный берег Клязьминского водохранилища и 24 ноября перешла к прочной обороне в полосе населенных пунктов Паведники - Хлебниково и далее по каналу Москва - Волга до деревни Гнилуши. Штаб дивизии располагался в березовой роще на восточной окраине села Виноградове. Поздно вечером 27 ноября его срочно вызвал командир дивизии генерал-майор В.А. Смирнов и сказал, что гитлеровцы заняли Клин, Солнечногорск, их пехота с танками наступает вдоль Рогачевского шоссе. Чтобы остановить врага, в район Озерецкого на автомашинах был выдвинут передовой отряд в составе 3-го батальона 2-го полка, усиленный 1-м дивизионом легкого артполка.
	В лютую стужу, со всеми мерами предосторожности совершался ночной марш. Преодолев двадцатипятикилометровое расстояние, на рассвете следующего дня передовой отряд прибыл на место. Сообразуясь с местностью, учитывая отсутствие соседей, отряд вынужден был занять оборону на широком фронте в восемь километров: Озерецкое - Рыбаки - Мышецкое - Владычино. Артдивизион под командованием ст. лейтенанта Коваленко Н.И. занял огневую позицию у совхоза «Озерецкий». Через сутки для обороны районного центра поселка Красная Поляна комдив прислал 4-ю стрелковую роту под командованием лейтенанта Н.А. Бойко и пулеметный взвод во главе с замполитрука Л.Е. Женевским. Люди работали до седьмого пота, готовя себе стрелковые и пулеметные ячейки и ходы сообщения в мерзлом грунте.

	В ночь с 27-го на 28 ноября на Рогачевском шоссе, в трехстах метрах восточнее противотанкового рва, заняла огневые позиции 13-я зенитно-артиллерийская батарея 864-го зенитно-артиллерийского полка Московской зоны обороны под командованием майора Ф.И. Ковалева.
	Командир батареи ст. лейтенант И.В. Жаворонков накануне был тяжело ранен, и его обязанности выполнял командир 1-го огневого взвода лейтенант И.А. Кушаков. Комиссаром батареи был политрук Д.А. Сажнев.
	Огневые позиции заняли: справа от шоссе - первое орудие, боевым расчетом которого командовал ст. сержант Шадунц Г.А., слева от шоссе - второе орудие зам. политрука Громышева В.Г., заменившего раненого Пономарева, третье и четвертое орудия сержантов Асылбаева и Артыгалиева заняли позиции сзади второго уступом влево. Артиллеристы, не теряя времени, сделали из снега валики, ниши и готовились к выполнению боевых задач.
	В село Киово, на дальнем повороте улицы, уже стоял в засаде замаскированный танк Т-34. Танкисты получили задание уничтожать вражеские танки, если они сумеют прорваться в Киово.
	А тем временем фашистская военная машина уже подкатывалась к Озерецкому. Как и положено, первыми с гитлеровцами встретились разведчики во главе с офицерами Тавасиевым, Рюминым и Красильниковым, высланные навстречу противнику.

29 ноября
	Оборонявшие село Озерецкое воины 8-й стрелковой роты во главе с младшим лейтенантом Белоусовым А.А. рано утром вошли в боевое соприкосновение с противником и встретили его организованным огнем. Артиллеристам удалось подбить головной танк и отсечь пехоту. Она залегла. Через некоторое время атака немцев возобновилась. Потом еще, еще... Одна мощнее другой. И все безуспешно. Потому что бойцы и командиры как 8-й роты, так и приданных подразделений - пулеметчики, минометчики, артиллеристы - действовали дружно. Каждый раз фашисты откатывались назад, оставляя убитых.
	К вечеру стрельба со стороны противника поутихла. Но это была опасная пауза. С наступлением темноты начались действия лазутчиков. То в одном месте, то в другом завязывались перестрелки. В воздух то и дело взлетали ракеты, освещая местность, летели трассирующие пули. Без сна, без отдыха, в напряжении прошла ночь.
	В 25 километрах от Москвы разыгрывались драматические события. Передовой отряд, не имея соседей, оказался «затычкой» на пути наступления двух вражеских дивизий. Воины передового отряда не побоялись такого соотношения сил и вступили в неравный бой. Если бы не отряд на пути наступления прорвавшегося противника, он вышел бы на Дмитровское шоссе, а оттуда на Клязьминское водохранилище, где проходил тогда рубеж обороны. Нетрудно представить себе, как бы печально развернулись события.
	Позднее стало известно, что вдоль Рогачевского шоссе наступала 4-я танковая группа противника под командованием генерала Гепнера в составе 5-го и 9-го армейских корпусов, 40-го и 46-го мехкорпусов. 106-я пехотная дивизия входила в 5-й мехкорпус, 2-я танковая дивизия - в 40-й мехкорпус. Командовали дивизиями генералы Депер и Вабель.

30 ноября
	Этот день начался, как и ожидали, трудно. Теперь автоматчиков и танки противника поддерживали самолеты. Они обстреливали и бомбили наши позиции. Ползли танки, за ними густой цепью шли автоматчики, стреляя на ходу. Они все ближе и ближе. И вдруг оборона ожила. Длинные пулеметные очереди врезались во вражеские цепи и стали рвать их на части. Начали бой и орудия, стоящие на прямой наводке. Вот подбили головной танк. В клубах дыма он пополз назад. Другой, с подбитой гусеницей, словно споткнулся на полном ходу, и его круто развернуло. Стрелки, воодушевленные действиями артиллеристов, вели огонь хладнокровно, расчетливо. Героически сражались пулеметчики во главе с политруком Г.Е.Ломанченко у деревни Рыбаки. Они срывали все попытки гитлеровцев вклиниться в оборону по льду Круглого озера. В районе села Мышецкого воины 7-й роты также успешно отбили вражескую атаку. А вот за деревню Владычино, обороняемую 9-й ротой, разгорелся тяжелый бой. Тут особо отличился командир взвода лейтенант Л.Рахматуллаев. Он в критическую минуту боя сам лег за пулемет и беспощадно истреблял вражеских автоматчиков. Мужественно сражались бойцы Папуша, Мясников, сержант Кагиров и другие. Было видно, что воины-москвичи глубоко понимали личную ответственность за судьбу Родины.
	Гитлеровцы, обозленные неудачей, бросили в бой новые силы, безжалостно бомбили и обстреливали населенные пункты, убивали жителей, разрушали и жгли жилища. При отступлении из села Озерецкое немцы заколотили сарай, в котором находились 35 пленных красноармейцев, облили бензином и подожгли со всех сторон. Люди сгорели заживо.
	К вечеру гитлеровцам удалось вклиниться в оборону, поскольку она не была сплошной, и прорваться к поселку Красная Поляна. Райцентр обороняли бойцы лейтенанта Н.А.Бойко и младшего политрука Л.Е.Женевского. Этих сил, конечно же, было далеко не достаточно для обороны.
	В Красную Поляну гитлеровцы ворвались со стороны Мышецкого. Двигались по улице Ермолихе на танках и автомашинах. Впереди шел бронетранспортер. В это время по улице шли Л.Е.Женевский и местный подросток В.Поликарпов. Увидев немцев, они спрятались за колодцем. Немцы их заметили и крикнули: «Сдавайся, рус!» Женевский сделал вид, что сдается, поднял руки и подошел ближе к бронетранспортеру. За пазухой у него была бутылка с зажигательной смесью. Он кинул ее в машину. Бронетранспортер загорелся. Немцы стали стрелять. Женевский упал, а Валентина немцы схватили и увели.
	Пулеметчики Женевского, когда у них кончились патроны, были окружены и зверски уничтожены. Никто из них пощады у немцев не просил.
	Героические защитники райцентра успели все-таки сообщить на узел связи дежурившим там телефонистке М.Г. Ратниковой и телеграфистке Н. Сопелевой о появлении противника, а потом вывели связь из строя.
	В первый же день в Красной Поляне немцы согнали в здание райисполкома мужчин в возрасте от 15 до 65 лет (более 250 человек) и держали там, не дав ни крошки хлеба, ни капли воды. Другим людям, которые спрятались от немцев в подвалах домов, немцы под угрозой расстрела запретили выходить. В подвале дома № 2 оказалось около тысячи женщин и детей. Они стояли, плотно прижавшись друг к другу, в темноте, в сырости, духоте. Несколько женщин не выдержали мучений и сошли с ума. У кормящих матерей не стало молока. Грудные дети стали умирать.
	Мальчика Пашу Грачева на глазах матери немцы поставили на крыльцо и вели по нему пристрелку оружия. Другого мальчика Юру Бураева немец застрелил за то, что тот надел красный галстук и не снял его, чего требовал фашист.
	Бойцы и командиры 7-й, 8-й и 9-й стрелковых рот вместе с приданными спецподразделениями оказались в полуокружении и прижатыми к болоту. Они, а также оставшиеся в живых бойцы 4-й стрелковой роты, оборонявшие Красную Поляну, в ночь на 1 декабря вышли к противотанковому рву у Лобни.

	Полковник А.И.Лопух, бывший командир 896-го артиллерийского полка 331-й Брянской пролетарской стрелковой дивизии вспоминал: «В городе Химки в штабе Западного фронта я получил задачу: ночным маршем в ночь с 30 ноября на 1 декабря выйти на рубеж железнодорожного полотна Киово - северная окраина Лобни - Шереметьевская и не допустить дальнейшего наступления немцев и прорыва их через железную дорогу. Сразу эта задача была доведена до подчиненных. На Дмитровском шоссе, по пути к фронту, не доходя полутора километров до моста через канал, полку было поставлено теплое обмундирование. Так, на ходу личный состав был переодет в зимнюю одежду и обувь: ватные брюки, шапки-ушанки, рукавицы, валенки. Вот почему жители, увидев бойцов, прозвали их сибиряками. Утром было первое боевое крещение».

	А тем временем командир немецкого пехотного батальона майор Бук при захвате деревни Катюшки докладывал командиру 304-го пехотного полка майору Райхману следующее: «...До Красной площади Москвы осталось 38 километров. И захваченная деревня Катюшки находится от Москвы так близко, как Оренбаум от Берлина». Историограф Германии Каррель написал о том, как фашистские солдаты после захвата Красной Поляны острили на Рогачевском шоссе: «Когда же придет автобус? Он, кажется, опаздывает?» Немецкие генералы хвастливо докладывали Гитлеру о том, что они из Красной Поляны в бинокль хорошо видят Москву, а с крыши крестьянского дома в стереотрубу они наблюдают жизнь на улицах Москвы. Обер-лейтенант Альберт Нейгман писал дяде: «Утром напишу письмо из Москвы и опишу тебе, как выглядит эта прелестная азиатская столица». Письмо осталось неотправленным: автор был убит.

1 декабря
	Только что сформированная 331-я стрелковая дивизия под командованием генерал-майора С.В.Короля в последних числах ноября 1941 года была отправлена на фронт, под Тулу. Первыми, как полагается, следовали эшелоны со стрелковыми полками, последним - артиллерийский полк капитана А.И.Лопуха.
	В пути следования дивизии поступил приказ Ставки Главного Командования об изменении маршрута: под Лобней создалась угрожающая обстановка. Артполк оказался направляющим и первым прибыл в Химки, где находился штаб формирующейся 20-й армии.
	В ночь с 30 ноября на 1 декабря подразделения полка были уже на марше по Дмитровскому шоссе к Лобне, а под утро они стали занимать огневые позиции. Времени для проведения командирской рекогносцировки не было.
	Образовавшийся Лобненский рубеж обороны получил первое подкрепление.
	Капитан Лопух А.И., кадровый командир, отлично знающий свое дело артиллерист, с командиром 1 -ГО артдивизиона выбрал огневые позиции для батарей западнее железнодорожного полотна, в Букинской роще, в непосредственной близости к переднему краю обороны. Рискованно? Да, но потом этот риск оправдал себя.
	Огневые позиции других дивизионов были выбраны с таким расчетом, чтобы обеспечить прочную оборону в районе, Киово, вытянувшегося вдоль Рогачевского шоссе. Артиллерийские разведчики для наблюдения за огневой системой противника разместились на колокольне Киовской церкви. Командир полка свой наблюдательный пункт разместил на чердаке Лобненской средней школы. (Теперь в этом здании работает вспомогательная школа, а при входе в нее прикреплена мемориальная доска.)
	Через сутки, которые для артиллеристов оказались очень напряженными, стали прибывать подразделения стрелковых полков дивизии. После короткой рекогносцировки они выдвигались на передний край и вступали в бой. Взаимодействуя с подразделениями 2-й Московской стрелковой дивизии, они отражали атаки неприятеля, следовавшие одна за другой.
	Одновременно с введением в боевые действия 1106-го стрелкового полка в направлении на Горки Киовские и 1104-го стрелкового полка в направлении на Катюшки рядом с наблюдательным пунктом командира артполка был оборудован наблюдательный пункт командира дивизии С.В.Короля.
	Вслед за 331-й дивизией на рубеж обороны прибыли 28-я и 35-я отдельные стрелковые бригады и 64-я отдельная морская стрелковая бригада, а также танковые, артиллерийские и минометные части.
	Ночь на 1 декабря для личного состава 13-й зенитно-артиллерийской батареи и воинов-москвичей, выходивших из полуокружения, была неспокойной и ответственной. В условиях непрекращающейся со стороны противника стрельбы по местности восточнее противотанкового рва продолжали совершенствовать огневые позиции зенитчики. Случайными попаданиями вражеских мин были подбиты 3-е и 4-е орудия. Погибли расчеты вместе с командирами сержантами Асылбаевым и Артыгалиевым. В эту же ночь группа гитлеровцев, видимо разведка, проникла в тыл наших войск и захватила будку у железнодорожного переезда на Рогачевском шоссе. Об этом стало известно комиссару 1-го артиллерийского дивизиона 896-го артполка капитану Ивану Васильевичу Агапову. Он возглавил бой, гитлеровцы были выбиты, но погиб и Агапов. В это же время шло формирование сводного отряда из остатков подразделений, вышедших из полукольца в районе Озерецкого и Красной Поляны.
	Ранним утром фашисты начали танковую атаку. А как это было, рассказывает бывший командир 1-го боевого расчета Гайк Авакович Шадунц: «...мы впервые увидели фашистские танки. Они были в километре от нас. С Виктором Громышевым, командовавшим 2-м расчетом, решили подпустить их ближе, чтобы бить наверняка. Всего их было одиннадцать, ощетинившихся приподнятыми стволами орудий. Второе орудие первым открыло огонь. Это была неоправданная поспешность. Орудие было обнаружено. Танки немедленно переменили строй. Теперь они шли, широко растянувшись, клином. Вдруг второе орудие замолкло. Санитары понесли от него двух бойцов. Медлить было нельзя. Я подал команду. Борис Баранов, уточнив наводку, скомандовал: «Огонь!» Петреев, оттянув рукоятку затвора, дал выстрел. Головной танк завилял на месте и замер. Остальные танки круто развернулись и стали отходить к деревне Горки Киовские».
	Гитлеровцы, не достигнув успеха здесь, решили испытать счастье правее, через деревню Букино. Но и здесь их постигла неудача. Полковник А.И.Лопух вспоминал: «...Рано утром 1 декабря мы увидели, что 2 батальона немцев выходят из деревни Горки Киовские, развертываются в цепь и, ведя огонь, идут в направлении станции. Мне доложили, что связь с орудиями установлена. Мы быстро готовим данные и открываем огонь. И очень удачно. Видно, у немцев появились убитые и раненые. Оставшиеся залегли. Стреляют. Минут через 20-30 затарахтели, как трактора, между Красной Поляной и Горками Киовскими. Я решил, что это танки, и подал команду: «По одному орудию от батарей выдвинуть к полотну железной дороги на прямую наводку». Немцы заметили упряжки орудий и минометным огнем подбили две из них. Но бойцы на руках, по глубокому снегу вынесли орудия к железнодорожному полотну. 
	Показались танки. Они стреляли по нам. Мы их подпустили поближе и четыре танка подбили. Первый - в гусеницу. Он завертелся. Пушка назад. Второму попали в бензобак. Он вспыхнул, как свеча. Немцы выскакивали из танка, как мыши. Третий танк - тоже в гусеницу. Четвертый - в башню, и ее повернуло набок. Остальные танки остановились, а затем попятились назад.
	В двенадцать часов немцы сделали еще одну попытку атаковать. Общим артогнем с закрытых позиций и прямой наводкой и эту атаку отбили, а в пятнадцать часов подошел 1106-й стрелковый полк. Под нашим прикрытием он выдвинулся вперед полотна и занял прочную оборону».
	В этот же день геройский подвиг совершил рядовой Абдильманов из 2-й Московской стрелковой дивизии. Получив задание на уничтожение пулеметной точки на чердаке дома в Нестерихе, он незаметно для противника дополз до дома, проник на чердак и ножом уничтожил пулеметчика. Потом он развернул пулемет почти на 180 градусов, в сторону сосредоточившихся для очередной атаки гитлеровцев и стрелял по ним, пока не кончились патроны. По признанию фашистских генералов, русский солдат уничтожил целый пехотный батальон автоматчиков.

2 декабря
	Ночь на 2 декабря была холодная. В пургу и метель автоматчики 1106-го стрелкового полка Купцов, Марухин и Родионов, наблюдавшие за противником, заметили, что много гитлеровцев зашли в один из домов деревни Катюшки. Пользуясь непогодой, бойцы бесшумно подползли к дому, сняли часового, разбили стекла в трех окнах дома и бросили туда гранаты. Несколько гитлеровских вояк было убито и ранено, а шестерых, которые невредимыми выбежали босиком и пытались скрыться бегством, схватили и доставили в свой штаб.
	Утром подошел 1108-й стрелковый полк 331-й дивизии. Он с двумя дивизионами артполка дивизии при поддержке танкистов 134-го танкового батальона 31-й танковой бригады и 7-м отдельным гвардейским минометным дивизионом с ходу атаковал немцев в Красной Поляне. Немцы были выбиты. Началось братание солдат с населением. Но немцы контратаковали большими силами, и наши отошли на рубеж Горки Киовские.
	Сводный отряд занял оборону у противотанкового рва и предпринял наступление на деревни Нестериху и Горки Киовские, взаимодействуя с 1106-м стрелковым полком. Их действия поддерживали артиллеристы 896-го артполка. Операция, к сожалению, не удалась.
	День подходил к концу, но вражеский огонь не затихал. Всюду рвались снаряды и мины. То и дело поднимались ракеты, освещая местность.
	В этот день в результате бомбежки противником района сосредоточения 1106-го полка было убито шестнадцать и ранено шесть военнослужащих. В связи с тем, что тылы и медсанбат 331-й дивизии не успели полностью развернуться, по просьбе генерала С.В.Короля медицинское обслуживание здесь осуществлял 192-й медико-санитарный батальон 2-й Московской стрелковой дивизии. Так лишь только две медсестры Медведева и Бабаева за один день оказали первую помощь 150 бойцам и командирам.

3 декабря
	Этот рабочий день для боевого расчета сержанта Шадунца Г.А. явился экзаменом на выдержку, на зрелость. На огневую позицию зенитчиков противник направил 23 танка с автоматчиками. Сияло солнце. Скрипел от мороза снег. Часа в три из-за Нестерихи стали выходить танки. Тяжелые, средние, легкие. Они постепенно заполнили собой весь горизонт. Стреляли на ходу, как бы вызывая на дуэль зенитчиков-артиллеристов. Но те молчали.
	Раздался взрыв мины из тяжелого миномета. Убит В. Громышев. Отремонтированное в прошедшую ночь орудие замолчало. Зенитка Шадунца вновь стала одинокой. Она и расчет были на виду у противника, а он бьет из 23 танков. Спрятаться было невозможно, да и некуда: у зенитки нет броневого щита. Снаряды к орудию подтаскивали из окопа с помощью веревки.
	Подбили головной танк - командирский. На помощь ему спешило три. Один из них тоже подбили. Подбили второй. Третий, Еще танк. Еще... Потом - шестой по счету. Нервы у фашистов не выдержали. И, обгоняя застрявшую в снегу пехоту, фашистские танки стали отходить.
	Еще не веря своему счастью, Шадунц стрелял уже вдогонку. Когда бой стих, около орудия насчитали 250 гильз от снарядов.
	За те бои бывший командир орудия Г.А. Шадунц награжден орденом Красного Знамени и удостоен звания почетного гражданина города Лобни. Награждены орденом Красного Знамени бывший заряжающий В.Р. Петреев и орденом Красной Звезды бывший наводчик орудия Б.Е.Баранов. Позже на месте орудия Шадунца местные жители посадили три деревца, которые превратились в стройные березы.
	Не только для зенитчиков тот день был тяжелейшим, но и для всех участников сражения на этом рубеже.
	1106-й стрелковый полк вел тяжелые бои за овладение Пучками и Красной Поляной. 1104-й стрелковый полк во взаимодействии с 28-й отдельной стрелковой бригадой вел наступательные бои по изгнанию врага из деревни Катюшки.

4 декабря
	Воины всех подразделений и частей навязывали противнику свою инициативу, настойчиво проводили разведку, тщательно изучали систему обороны гитлеровцев.
	Ночью накормили бойцов, одели в теплое обмундирование, выдали валенки. А утром, чуть забрезжил рассвет, бойцы пошли в атаку, короткими перебежками преодолели открытую полосу, охватывая деревню с флангов. Это значило, что они преодолели и психологический барьер. Теперь их не мог уже остановить ни минометный, ни пулеметный огонь. Первой ворвалась в деревню рота, которой командовал лейтенант Ткач. Драться пришлось за каждую избу.
	А в Красной Поляне, как потом стало известно, гитлеровцы спешно готовили круговую оборону, приспосабливая каменные строения. В них делали амбразуры для стрельбы. Непрерывно вели огонь. Не прекращались удары с воздуха. В бессильной злобе за неудачи фашисты бесчинствовали, издевались над жителями, отбирали у них теплую одежду и обувь.
	Наступательный порыв нарастал. Воины 28-й отдельной стрелковой бригады во взаимодействии с воинами 1104-го полка преодолели сопротивление гитлеровцев и освободили деревню Катюшки.
	Личный состав 64-й отдельной морской стрелковой бригады вел упорные бои по освобождению села Белый Раст.
	Полки 331-й стрелковой дивизии сражались за деревню Пучки и поселок Красную Поляну.

5 декабря
	В ночь на 5 декабря начальник разведки артдивизиона 2-й Московской стрелковой дивизии лейтенант А.И.Гордиенко и рядовой Кравец провели на танке необычную разведку, исколесив деревню Горки Киовские. Полученные при этом разведданные дали возможность 6 декабря во время артподготовки подавить почти все огневые точки немцев в этой деревне. В бой ввели находившийся в резерве 1108-й стрелковый полк. Он наступал на Пучки. 1104-й полк вел бои на северной окраине Катюшек с засевшими там автоматчиками. 1106-й полк - в середине Горок Киовских. Всюду враг оказывал отчаянное сопротивление.
	В труднейших условиях воины 28-й бригады вели бои на южной окраине Красной Поляны. Части 35-й отдельной стрелковой бригады освобождали от гитлеровцев ВНИИ кормов.
	Все чувствовали, что противник выдыхается и не в состоянии вести наступательные действия. Население с нетерпением ждало освобождения.

6 декабря
	Боевые потери личного состава 331-й Брянской пролетарской стрелковой дивизии к 6 декабря составили 979 человек: 537 убито, 321 ранен, 121 пропал без вести. Очень тяжелые потери!
	Рано утром по всему Западному фронту была проведена артподготовка и войска перешли в контрнаступление. Противник оказывал сильное сопротивление, пытался контратаковать, но было уже поздно.
	1104-й полк подошел к восточной окраине Красной Поляны. На южной окраине бои вели воины 28-й бригады. К исходу дня 1106-й полк полностью овладел Горками Киовскими и, взаимодействуя с 1104-м полком и 28-й бригадой, вел бои в Красной Поляне, выбивая из кирпичных строений - школы и больницы - засевших автоматчиков. 1108-й полк вышел на рубеж в 400 метрах южнее Пучков.
	Небольшие успехи ободряли наших бойцов, звали к полной победе над ненавистным германским фашизмом. Наши люди ненавидели немецких захватчиков не потому, что они были иноземцами, а потому, что принесли нашему народу неисчислимые бедствия и страдания.

7 декабря
	Ведя активную разведку, наши войска подавляли огневые точки противника, продвигались вперед. Впервые сдались в плен одиннадцать немецких солдат. Такого еще не было.
	Местный житель, переживший войну, сравнил ту короткую по времени, но ужасную по последствиям вражескую оккупацию с налетом саранчи. Гитлеровцы бесчинствовали, грабили, отбирали даже детскую одежду и натягивали ее на голову, чтобы не замерзнуть, так как, кроме пилоток и металлических касок, у них ничего не было. Они обвязывались женскими платками, надевали отнятые у женщин валенки. Усиливалось паническое настроение в немецких войсках. Фашистские саперы минировали подходы к колодцам, обочины дорог, лесные завалы и даже трупы.

8 декабря
	Всю ночь гитлеровцы метались, грузили на машины награбленное имущество, поджигали строения. И не прекращали стрельбу, освещая местность ракетами. Они боялись, как бы русские не зашли к ним в тыл. Им, видимо, уже было известно, что из Белого Раста немцы отступили.
	Командование и личный состав наших войск, избегая лишних потерь, не предпринимали активных действий. К полудню немцы были вынуждены оставить Красную Поляну, а затем и Озерецкое. С неописуемой радостью, со слезами на глазах измученные жители встречали своих освободителей. Началось изгнание фашистского зверя с подмосковной земли. Занялась заря Победы.
	В Красной Поляне наши войска захватили 12 танков, 33 вездехода, 2 легковых автомобиля, 2 автобуса, 11 мотоциклов, много оружия и боеприпасов (Архив МО, ф.373, оп.6631, д.З, л.25).
	По вине некоторых журналистов, рассказывавших о событиях на Лобненском участке фронта, появились ложные сведения, что из захваченной врагом Красной Поляны был передан сигнал в Кремль о том, что немцы завезли в поселок пушку для обстрела Кремля. Этого не было.
	Во-первых, телефонной связи с Москвой уже не было. А во-вторых, звонила в Моссовет москвичка О.С. Бурылина, получившая записку от своей родственницы, проживающей в Красной Поляне, учительницы Е.В. Гороховой. А передала ее неизвестная женщина, сумевшая уйти через линию фронта из оккупированного поселка в Москву.
	Ну, а в-третьих, фашисты писали в листовках, что они будут обстреливать из Красной Поляны Кремль. При этом немцы имели в виду орудие большого калибра, смонтированное на специальной платформе. После окончания боев такое орудие было доставлено нашими войсками на выставку трофейного оружия в Перхушково из-под Каменки. Такую махину тащить тягачами по Рогачевскому шоссе, которое тогда было уже, чем теперь, было невозможно одновременно с наступающими войсками. В пятидесятых годах авторы фильма «Если дорог тебе твой дом» искали в Красной Поляне и не нашли никого, кто бы видел там подобное орудие, хотя немецкой артиллерии было очень много.
	Помощь войскам Лобненского боевого участка оказывали партизаны района. Н. А. Виноградов при содействии жителей деревни Грибки задержал немецкого лазутчика, вооруженного сигнальными опознавательными ракетами, которые он должен был подавать немецким самолетам на Дмитровском шоссе, когда по нему двигались наши войска. Тем самым было предотвращено нападение на наши колонны фашистской авиации. Важные сведения о противнике Советскому командованию передали женщины-разведчицы Макаренко А. И. и Флюстова К. Н. Партизаны Вдовин С. П., Голубев П. М., Охотников С. И., Понасенков С. Ф. и другие передавали командирам частей сведения о сосредоточении немецких войск, местонахождении огневых точек.
	Помощь войскам была оказана и бронепоездом.
	229 жителей Краснополянского района стали жертвами убийц-фашистов. Об их злодеяниях рассказано в ноте МИД СССР от 4 января 1942 года, в актах чрезвычайной комиссии района, в справках райисполкома, в воспоминаниях местных жителей. Все эти документы имеются в городском музее.

	Лобненская земля, политая кровью защитников Москвы и местных жителей, священна.
	Фронтовики каждый день видели смерть и хоронили товарищей. Они не всегда верили, что останутся живыми, но всегда верили в победу над врагом. Часто шли они на верную смерть, понимая, что не вернутся. И все-таки шли, чтобы оставшиеся в живых победили.
	В семидесятые и восьмидесятые годы на памятных местах в Лобне были установлены мемориальные доски и плиты, увековечивающие память павших воинов.
	По инициативе Краснополянского поселкового Совета депутатов трудящихся были изготовлены и установлены следующие мемориальные доски: на клубе фабрики «Красная Поляна» со словами «Здесь в июле 1941 года создавался истребительный батальон Краснополянского района из добровольцев предприятий Красной Поляны, Катуара, Сухареве, Лианозово, Долгопрудного. Батальон сражался за Родину в составе 155-й Краснознаменной Станиславской дивизии»; на здании заводоуправления электротехнического завода со словами «В этом здании с мая 1939 года по ноябрь 1941 года размещался Краснополянский районный комитет ВКП(б)»; «В этом здании в 1941 году были сформированы два партизанских отряда Краснополянского района, участвовавших в борьбе за освобождение района от немецко-фашистских захватчиков».
	По инициативе Луговского поселкового Совета депутатов трудящихся изготовлены и установлены такие мемориальные доски: «Воинам 35-й отдельной стрелковой бригады от благодарных жителей поселка Луговая» (скульптура воина), «Здесь проходила линия обороны Москвы в декабре 1941 года» (камень), «Улица названа в честь 35-й отдельной стрелковой бригады, которая с этого рубежа в декабре 1941 года перешла в контрнаступление против фашистских захватчиков».
	По инициативе ветеранов-однополчан 331-й дивизии изготовлены и установлены мемориальные доски на бывшем здании школы № 1: «Здесь с 1 по 6 декабря 1941 года размещался наблюдательный пункт 896-го артполка 331-й Брянской пролетарской стрелковой дивизии» и на здании заводоуправления электротехнического завода со словами: «Здесь в 1941 году, защищая столицу нашей Родины от немецко-фашистских захватчиков, приняла первое боевое крещение Брянская пролетарская стрелковая дивизия, победоносно прошедшая от Москвы до Праги».
	Совет ветеранов моряков-дальневосточников изготовил и установил памятный знак со словами: «Морякам-тихоокеанцам и красноармейцам-сибирякам, стоявшим насмерть на рубеже Лобни в великой битве за Москву».

По инициативе совета ветеранов войны и труда города Лобни предприятиями изготовлены и установлены мемориальные доски на именных улицах:
	«Улица названа именем капитана Агапова Ивана Васильевича, павшего смертью героя 1 декабря 1941 года в бою с немецко-фашистскими захватчиками»;
	«Улица названа Батарейной в знак признания боевых заслуг воинов 13-й батареи 864-го зенитно-артиллерийского полка, отбивших 1-3 декабря 1941 года танковые атаки фашистских войск»;
	«Улица названа именем командира 4-й стрелковой роты 2-й Московской коммунистической стрелковой дивизии лейтенанта Бойко Николая Артемовича в память о нем и его подчиненных - воинах, героически оборонявших поселок Красная Поляна 30 ноября 1941 года от немецко-фашистских захватчиков»;
	«Улица названа именем бывшего рабочего хлопкопрядильной фабрики «Красная Поляна» Тимофея Яковлевича Булычева, организовавшего на предприятии в марте - апреле 1917 года профсоюзную организацию и партийную ячейку»;
	«Здесь 29-30 ноября 1941 года под командованием политрука Женевского Леонида Ефимовича стояли насмерть 28
воинов-пулеметчиков, защищая поселок Красная Поляна от немецко-фашистских захватчиков»;
	«Улица названа именем 331-й Брянской пролетарской стрелковой дивизии в знак признания боевых заслуг ее бойцов, командиров и политработников в разгроме немецко-фашистских захватчиков в декабре 1941 года»;
	«Здесь в период обороны Москвы в 1941 году проходил отрытый жителями противотанковый ров, дальше которого вражеские танки не прошли».

	По инициативе преподавателей и студентов Московского физико-технического института 6 декабря 1966 года, в 25-ю годовщину разгрома немецко-фашистских захватчиков под Москвой, в Лобне состоялась закладка памятного знака на месте бывшей огневой позиции боевого расчета, которым командовал Г. А. Шадунц, а 5 ноября следующего года, в канун 50-й годовщины Великого Октября, был торжественно открыт памятный знак «Зенитное орудие». На его постаменте было написано: «Здесь был остановлен враг. На этом рубеже 1-3 декабря 1941 года артиллеристы 13-й батареи 864-го зенитного артполка остановили фашистские танки, рвавшиеся к Москве». К 40-летию Победы памятный знак был реконструирован.
	Стало традицией в день очередной годовщины начала разгрома фашистов под Москвой у памятного знака проводить городской митинг.

	Специальным решением исполкома Лобненского горсовета для поддержания памятных объектов в надлежащем состоянии за каждым из них закреплены промышленные предприятия и школы.
	В микрорайоне Москвич есть две именные улицы в честь Туголукова Павла Александровича и Иванищенко Федора Дмитриевича, которые были руководителями треста «Центроэнергомонтаж» и внесли значительный вклад в развитие города. Под их руководством в 1946 году было начато строительство поселка Москвич.
	Хочется, чтобы лобненцы знали и о людях, которые занимались захоронением павших воинов.
	Бывший ополченец во время обороны Москвы Николай Иванович Шишков в 1948 году, будучи секретарем парткома предприятия и членом пленума Краснополянского РК ВКП(б), вместе с Алексеем Ивановичем Приваловым, Героем Социалистического Труда, лауреатом Государственной премии, главным конструктором и ответственным руководителем агрегатного завода «Универсал», с членом парткома этого завода и первым секретарем Краснополянского РК ВКП(б) Сергеем Дмитриевичем Нехорошевым решили, а затем в 1950-м, 1951-м и 1952 годах организовали и произвели перезахоронение погибших воинов из восьми братских могил в одну на Пучковском поле, а также изготовление и установку памятника в виде фигуры воина и мемориальных досок. Перезахоронено было 1211 останков. Медальонов при этом не нашли.
	К 40-й годовщине разгрома немцев под Москвой Н. И. Шишков, получивший к тому времени дополнительные сведения на захороненных, произвел силами того же завода реконструкцию памятника на могиле, установив фрагмент Кремлевской стены, чугунные плиты с фамилиями захороненных, изображение склоненных боевых знамен и «Вечный огонь». Автором памятника был Шишков Н. И. Его помощниками в этой работе были Анатолий Михайлович Некрасов и Владимир Иванович Кузнецов.
	В Луговой перезахоронение останков погибших воинов из отдельных могил на территориях института кормов и поселка, а также вдоль железнодорожного полотна в одну братскую могилу производилось населением в 1954 году, затем еще четырех останков - в 1965-м и 1973 годах.
	Здесь же 12 августа 1991 года было произведено захоронение случайно найденных трактористами останков земляка, Клушина Владимира Александровича, погибшего под Ельней и значившегося пропавшим без вести.
	А 10 июля 1992 года луговчане в торжественной обстановке открыли мемориальную доску с фамилиями 82 луговчан, погибших за Родину, за народ. А ушло-то их на войну 120!
	В северной части Киова, недалеко от церкви, стоят два ряда старых стройных дубов. Около них 2 декабря 1941 года воины 331-й дивизии предали земле капитана Агапова И. В. и его боевых товарищей, погибших при освобождении железнодорожной будки на переезде. В эту же могилу похоронили погибших воинов 64-й бригады. Так образовалась братская могила. После окончания боев под Лобней в могилу были погребены скончавшиеся от ран военнослужащие.
	Рядом с нашим городом есть маленькая деревушка с названием Носово, входящая в Солнечногорский район, и воинское захоронение, которое до 22 июня 1993 года было безымянным. На металлической пластине размером 315x245 мм, прикрепленной к подножию памятника на могиле в первые годы после войны, было написано: «Памяти неизвестных солдат и офицеров, погибших при героической обороне г. Москвы в ноябре - декабре 1941 года. Вечная слава героям! Бессмертен подвиг Ваш, как бессмертна память народа! Вечная жизнь Вам в сердцах людских!»
	Фронтовик М. Н. Кашкаров разыскал фамилии семидесяти двух военнослужащих, покоящихся в могиле, организовал изготовление мемориальных плит и их установку у могилы. Теперь на том месте, где находилась памятная металлическая пластина, прикреплена мраморная плита со словами о том, что здесь похоронены воины 28-й отдельной стрелковой бригады. А левее и правее памятника стоят две гранитные плиты с фамилиями погибших воинов.
	Леонид Леонов, размышляя о битве за Москву, сказал: «Будущий археолог, копаясь в подмосковных суглинках, отыщет наравне с полусгнившими от древнейших времен и множество свежих вражеских костей и черепов вперемешку со ржавыми остатками железных машин: останки преступников и орудий их преступлений. Черным словом вспомнят люди этих дикарей, возомнивших себя владыками мира, и с благодарностью пронесут имена славных защитников Москвы, которая жила, боролась, трудилась - и не была сдана».

Красная Поляна 21 января 1942 года
ВЫПИСКА

	из акта об объеме разрушений и убытков и фактах насилия над мирным населением, произведенных немецкими оккупантами за период временной оккупации части территории Краснополянского района с 30/XI по 8/ХП 41 года.

№	Наименование предприятия	Степень		Убытки в тыс. руб.
	п/п или объекта разрушений

1	Фабрика «Красная Поляна»	70%			17200
2	Институт кормов			40%			выявляются
3	Райпромкомбинат			частично		169
4	Жилой фонд Красной		полностью		1584
			Поляны		частично		628

Факты насилия и убийств

	1. В Красной Поляне
	1.  Загнаны в подвал здания райисполкома до 80 человек. 8 дней не давали пищи и воды, не отапливали помещение.
	2.  Убиты 4 женщины и 2 детей.

	2. По Киовскому сельсовету
	1.  Убито 3 чел.
	2.   Ранено 5 чел.

	3. По Пучковскому сельсовету
	1.   Убито 9 чел.
	2.  Сгорело 3 чел.
	3.   Ранено 13 чел.

	Данные уточняются.
Зам. пред. исполкома	А. Герасимов
Пред. райплана		Артемов